вторник, 13 ноября
-7

Операция с болевым шоком. Воронежского врача осудили за гибель директора магазина «Энкор»

Оксана Грибкова 29054
Операция с болевым шоком. Воронежского врача осудили за гибель директора магазина «Энкор»

Процесс завершился дома у анестезиолога из-за её болезни.

Советский районный суд в понедельник, 1 октября, вынес приговор анестезиологу БСМП Екатерине Михайловой. Врача судили за смерть директора магазина «Энкор» Михаила Суржина. Бизнесмен умер от болевого шока во время операции, причиной стала ошибка при обезболивании. Суд признал 30-летнего врача виновной в гибели пациента. В наказание Михайловой назначили 1 год ограничения свободы с 3 годами лишения права заниматься медицинской деятельностью. Об этом корреспонденту «Вести Воронеж» рассказали в прокуратуре Воронежской области.

Завершение процесса над врачом-анестезиологом проходило в формате выездных заседаний, поэтому поучаствовать в прениях и оглашении приговора у СМИ возможности не было. Они проходила в квартире у доктора, которая из-за болезни не могла являться в суд, но при этом вполне могла участвовать в заседаниях. Стороны обменялись мнениями о вине и невиновности в квартире врача, и там же ей вынесли приговор.   

Срок давности о причинении смерти по неосторожности истекает в ноябре 2018 года. Поэтому с большой вероятностью можно сказать, что приговор будет обжалован, и апелляция пройдёт уже после второй годовщины смерти Михаила Суржина. Вероятнее всего, Екатерина Михайлова будет освобождена от уголовной ответственности при рассмотрении апелляция – в связи с истечением срока давности.

Рядовая операция

Несчастье с Михаилом Суржиным, совладельцем известной в Воронеже крупной компании, случилось 6 ноября 2016 года. На следующее утро он с супругой Оксаной должен был вылететь в Израиль, где в клинике Михаила Львовича ждали на проверку врачи. За полгода до этого, в апреле 2016 года, Суржину удалили доброкачественную опухоль мозга. Мужчина не доверял российской медицине. На то была причина – в воронежской клинике пропустили опухоль мозга и лечили Суржина от инсульта. Выписанные препараты не помогали. Суржину становилось всё хуже, пока израильские врачи не поставили верный диагноз. С тех пор Суржины лечились в Израиле.

По словам супруги бизнесмена Оксаны Суржиной, 6 ноября 2016 года примерно в 18 часов он вышел погулять с собакой. Через два женщина сильно забеспокоилась. На улице была плохая погода, а Михаил всё не возвращался.

Оксана Суржина позвонила старшему сыну Сергею, который тут же примчался на поиски отца из Северного микрорайона в центр Воронежа. Родные нашли Михаила Львовича без сознания на Петровской набережной. Когда мужчина пришёл в себя, то рассказал жене и сыну, что на него напали и отобрали 50 тыс. рублей. Врачи «скорой» забрали Михаила Суржина в больницу, чтобы зашить раны и обследовать. Сергей поехал в БСМП с отцом, следом за каретой скорой помощи.

На следующий день Оксана Суржина улетела в Израиль, на этом настоял муж. Сам Михаил Львович остался в воронежской БСМП, с ним был сын. Врачи обнаружили у мужчины повреждение мочевого пузыря, которое обещали устранить. Операция не предполагала даже общего наркоза, её планировали сделать под эпидуральной анестезией.

Внезапная смерть

На операцию Михаила Суржина забрали 7 ноября в 22-23 часа. Он пообещал сыну, что всё будет нормально и просил не беспокоиться. Сергей ушёл ждать окончания операции в машине, припаркованной у БСМП. Он вернулся к дверям операционной ближе к часу ночи. Сергей понял, что происходит что-то плохое – насторожила беготня за дверями, а после – притихшие, словно застывшие медсёстры.

Около часу ночи к Сергею Суржину вышла Екатерина Михайлова и сказала, что отец умер. Сергей признался, что плохо помнит, что говорила врач, но он так понял, что отец погиб из-за аллергии на лекарство.

Непростительная ошибка 

По результатам расследования в смерти бизнесмена обвинили анестезиолога Екатерину Михайлову. 

Согласно обвинению, причиной смерти Михаила Суржина на фоне неадекватного анестезиологического пособия стало шоковое состояние, которое спровоцировала врач-анестезиолог.

– Своими неверными действиями она не купировала у него состояние шока, а наоборот, применив миорелаксанты, фактически лишила мужчину возможности самостоятельно дышать до того, как он был переведен на искусственную вентиляцию легких. Действия врача привели к развитию у пациента состояния шока, а в дальнейшем – к смерти последнего, – цитировали в СУ СКР по региону выводы судмедэкспертизы.

Если говорить проще, сначала анестезиолог неправильно ввела пациенту обезболивание – в его организм при спинномозговой анестезии попало намного меньше препарата, чем требовалось. Из-за этого у мужчины стал развиваться шок. Врач решила перейти на общий наркоз. Потребовалось вставить трубку для интубации, но сделать этого сразу не получилось. Состояние Михаила Суржина начало становиться критическим – упало давление, стало останавливаться сердце. Несмотря на реанимационные мероприятия, мужчина умер.

В суде Екатерина Михайлова свою вину признавать отказалась. По словам Суржиных, анестезиолог к началу процесса своих извинений им не приносила, помощь не предлагала.

– Я выросла в семье врачей. Я понимаю, все могут совершать ошибки. Я вижу перед собой молодую девушку. Я не жажду крови, не прошу лишать её свободы. Единственное, я хочу, чтобы она больше не работала врачом. Хочу, чтобы наказали того, кто выдал ей лицензию, – поясняла Оксана Суржина, отвечая суду на вопросы о наказании, она обернулась и обратилась уже к подсудимой. – Вам нельзя быть врачом.