четверг, 13 декабря
0

«Хотим справедливости». В Воронеже командиру попросили 4 года за смерть инспектора ДПС

Оксана Грибкова 6334
 «Хотим справедливости». В Воронеже командиру попросили 4 года за смерть инспектора ДПС

Семья погибшего полицейского настаивает на максимальном наказании для Андрея Новичихина.

В Коминтерновском районном суде Воронежа в среду, 14 ноября, завершились прения по резонансному делу о гибели в ДТП инспектора воронежского ГИБДД Евгений Колтовского. Для его командира Андрея Новичихина, которого обвинили в смертельном ДТП, семья инспектора попросила максимальный срок. Жена его подчинённого Людмила осталась в двумя маленькими детьми на руках, но ни сочувствия, ни помощи от командира, приятеля супруга так и не получила. Безутешна мать погибшего, не может смириться с его смертью брат.

 При отсутствии раскаяния гособвинитель, прокурор Коминтерновского района Василий Яицких заявил в суде, что справедливым было бы лишить экс-полицейского свободы на 4 года. Защита Новичихина назвала его вину недоказанной и подвергла сомнениям показания свидетелей аварии и доказательства, собранные по время следствия. За борьбой мнений в зале суда и споре о вине и невиновности наблюдала корреспондент «Вести Воронеж».

Обвинение: вина и отказ признать ошибки

Прокурор Коминтерновского района Василий Яицких начал свою речь, коротко изложив обстоятельства дела. Смертельная авария с участием полицейских случилась 12 июня 2017 года примерно в 23:40 неподалёку от Юго-Западного кладбища. Согласно обвинению, автомобиль Mitsubishi Outlander двигался по улице 9 Января со стороны Семилук в направлении улицы Машиностроителей, за рулём был 34-летний полицейский. Командир вёз подчинённого домой с дня рождения коллеги.

Согласно обвинению, командир взвода ДПС Андрей Новичихин нарушил правила дорожного движения, существенно превысив скорость, не справился с управлением Mitsubishi Outlander. Автомобиль вылетел на полосу встречного движения, потом на левую обочину и врезался в дерево. Евгений Колтовский сидел на пассажирском сиденье рядом с водителем. Он скончался сразу же аварии от травмы головы.

Автомобиль Андрея Новичихина после аварии 

Гособвинитель зачитал показания свидетелей – женщин, которые ехали на одной дороге с Mitsubishi Outlander и видели момент ДТП. Одна из них рассказала, что иномарка мчалась на большой скорости. Потом её резко повело влево и стало кидать из стороны сторону, как будто водитель уснул за рулём. Автомобилистка сильно испугалась, когда Mitsubishi чуть было не врезался в её машину, проехав буквально в 30 см от кузова.

Опровергая позицию защиты, Василий Яицких отметил, что версия Андрея Новичихина о том, что пассажир дёрнул руль, увидев кучу песка на дороге, не выдерживает критики. Он напомнил, что никаких следов ДНК Колтовского на руле обнаружено не было. Насыпи песка нигде тоже не оказалось. Кроме того, не подтвердилась версия защиты и о технической неисправности автомобиля. Подсудимый, желая избежать ответственности, не раз менял показания во время процесса. Яицких указал на противоречиях в показаниях бывшего сотрудника ГИБДД.

– Никакой логичной версии защиты представлено так и не было, потому что её просто нет. Всё произошло так, как говорят свидетели, и не иначе. Вина Новичихина полностью доказана. Находясь в совещательной комнате, я прошу обратить внимание на боль и страдания потерпевших, которые они испытали от несправедливости, – обратился к суду Василий Яицких. – Они каждый раз задают себе вопрос, почему погиб именно их близкий человек. Ведь он был так молод. Они первое время, думали, что всё это страшный сон – вот он войдёт, и всё будет, как прежде. Но как прежде уже не будет, не будет любимого сына, мужа, брата. Это объективная несправедливость и с ней ничего уже не сделаешь. Но есть и вторая несправедливость – преступная небрежность Новичихина, лишившая потерпевших всего. Я не увидел у потерпевших желания расправиться с подсудимых. Но увидел желания добиться справедливости – той, которую может дать только суд в обвинительном приговоре. На неё и рассчитывают потерпевшие.

Потерпевшие - мать и брат Евгения Колтовского 

Гособвинитель посчитал справедливым отправить Андрея Новочихина на 4 года в колонию-поселение и на 2,5 года лишить его права управлять автомобилем. Яицких объяснил, что попросил такой внушительный срок, так как вину в преступления Новичихин не признал и не поддержал потерпевших.

– В жизни мы все делаем ошибки – порой, те, которые невозможно исправить. Но не каждый может потом встать и искренне попросить прощения у тех людей, которым сделал больно. Именно тот, кто может это сделать – человек, который достоин уважения. И ему нестыдно будет смотреть в глаза другим, но в первую очередь себе и своим детям. Сейчас ещё то время, когда можно признать, что оступился и попросить прощения, – обратился Василий Яицких к Андрею Новичихину.

Защита: сомнения и неточности

Судя по выступлению защиты, экс-полицейский ничего признавать не собирался. Его адвокат Виктория Стукова долго и обстоятельно объясняла суду, почему вина Андрея Новичихина не была доказана ни на следствии, ни в суде. Экс-полицейский не отрицает, что он сидел за рулём Mitsubishi Outlander. Однако вину свою в смерти подчинённого признавать отказывается.

Во время суда защита Андрея Новичихина выдвинула две версии случившегося. Виктория Стукова отметила, что первоначальная версия водителя о том, что пассажир крутнул руль, после чего было потеряно управление, и машины врезалась в дерево, никак не опровергается. Адвокат пояснила – на руле автомобиля нашли не только ДНК Новочихина, но и другого человека. Но материала оказалось недостаточно, чтобы определить его генотип. Однако не исключается, что это были следы Евгения Колтовского. Кроме того, напомнила Стукова и о второй версии – о неисправности Mitsubishi Outlander, у которого могли отказать тормоза. Однако техническую экспертизу автомобиля, который остаётся на стоянке вещдоков, так и не провели. Стукова напомнила, что защита о ней ходатайствовала, но получила отказ.

Фото с места ДТП

Отдельно адвокат остановилась на том, что доказательство о нарушении ПДД – а именно превышении скорости – нет. Она попросила суд отнестись критически к показаниям свидетелей – двух женщин и мужчины, которые видели, как случилась авария. Виктория Стукова сослалась на то, что никто из очевидцев не смотрел на спидометр, чтобы говорить о превышении скорости. Автотехэкспертиза на этот вопрос не ответила. Адвокат провела аналогию с административным наказанием за превышение скорости, которое никак не выносится без точных цифр, а только лишь по показаниям свидетелей.

Возникли у защиты и сомнения в законности судмедэкспертизы тела погибшего. По мнению адвоката, нет данных, от удара в какую часть головы умер Колтовский. Она отметила, что при исследовании у эксперта не было медкарты Колтовского, в которой были данные о сотрясении мозга, в связи с которым Колтовский лечился за месяц до ДТП.

Виктория Стукова заявила, что во время процесса «закрывали глаза на частности», на детали, который не ложились в основную версию событий, не отбросили неточности. Она упрекнула прокурора, что тот вместо того, чтобы представить доказательства вины, использовал много эмоций в своём выступлении.

Адвокат попросила суд вернуть дело на новое расследование или оправдать Андрея Новичихина в связи с отсутствием состава преступления, напомнив, что все сомнения по делу трактуются в пользу подсудимого.

Потерпевшие и подсудимый: злой рок и бесценность жизни   

Тот день разделил жизни пяти человек на пресловутые «до» и «после». Людмила Колтовская осталась без мужа воспитывать двоих малышей, мать навсегда потеряла сына, брат остался без брата. Семья Колтовских помимо наказания попросила возмещение материального и морального вреда. Об этом суду напомнил представитель потерпевших Дмитрий Арзамасцев. Он просил привлечь к возмещению расходов на погребение мать Новичихина, которой по документам принадлежит Mitsubishi Outlander. Однако ему возразил представитель женщины, заявив, что деньги семье на похороны собрали коллеги погибшего – сотрудники ГИБДД.

Напомнил Арзамасцев и об исках о компенсации морального вреда – Людмила Колтовская с двумя детьми попросила присудить ей 3 млн рублей, мама погибшего – 2 млн рублей, брат – 1 млн рублей.  

Супруга погибшего инспектора ГИБДД 

Людмила Колтовская оказалась в тяжёлом положении из-за смерти мужа. В день его гибели семья съехала к свекрови из квартиры, которую продала и внесла деньги за жилплощадь побольше. Евгению одобрили ипотеку, кредит он должен был взять 13 июня, но был уже мёртв. Семья выкупила квартиру, но влезла в долги. Вдова готова была примириться с Андреем Новичихиным, если бы тот помог погасить ей ипотеку, чтобы женщина перестала ютиться со свекровью. Но за полтора года никаких шагов для этого сделано не было, если не считать вялую попытку договориться перед прениями. Но и та закончилась ничем. К слову, до рокового дня Колтовские и Новичихины дружили семьями.

–  Когда это всё случилось, мы не хотели ничего (уголовного дела и суда), мы просто ждали, что он придёт и поможет, поддержит. Но он не пришёл, даже не позвонил, – не смогла сдержать слёз Людмила Колтовская. –  В чём я виновата, в чём виноваты мои дети? У меня сын до сих пор плачет по ночам. На детской площадке, когда видит, как отцы играют с детьми, он спрашивает: «Почему у меня папы нет? У всех есть, а у меня нет...» И что мне ответить сыну? Мне кажется, Новичихин до конца не понимает, что у него есть главное, чего нет у моего мужа. У него есть жизнь. Я просто прошу суд о справедливости. Прошу о максимально возможном наказании для него.  

Сам Андрей Новичихин в последнем слове подсудимого был краток.

– Я хотел бы попросить прощения у потерпевших за такое роковое стечение обстоятельств. В силу своих возможностей пытался возместить моральный вред. Предлагал 1,5 млн рублей, но потерпевшие попросили с меня 3 млн рублей. Таких денег у меня нет. Я виноват в том, что остался жив, – заявил Андрей Новичихин.