Новая жизнь. Инвесторам предложили спасти 29 исторических воронежских зданий

Вдохнуть новую жизнь в старинные здания предложили инвесторам региональные власти. На выбор – 29 объектов культурного наследия в Воронеже и области. Полёту фантазии бизнеса чиновники обещают не мешать, а с оформлением документов – помогать всеми силами. Так рассчитывают получить новые интересные объекты и точки притяжения туристов. Каковы шансы на возрождение и зачем это инвесторам?

Итак, в списке 29 зданий. В Воронеже только одно – в самом центре, на улице Студенческой. Оно было когда-то жилым домом, потом там был бар, сейчас оно пустует и ожидает решения своей судьбы. В области на выбор старинные жилые дома, водонапорная башня, бывший цейхгауз, уездная тюрьма, электростанция и давно опустевшие здания учебных заведений. Объединяет их историческая ценность и печальное состояние – требуют они не просто ремонта, а глобальной реконструкции.

Что позволят инвесторам? Многое. Если в здании была лавка – инвестор не обязан открывать там магазин или частную клинику в бывшей земской больнице.

– Использование может быть самым разным. Этот объект культурного наследия может быть как рестораном, так и гостиницей, местом для проведения больших мероприятий, конференций. А в данный момент, наверное, предложение использования памятника в качестве гостиницы  наиболее привлекательное. Почему? Дело в том, что государство сейчас даёт очень недорогой посильный кредит в 6% годовых для тех инвесторов, которые согласились сделать в памятнике гостиницу с определённым номерным фондом, – рассказал руководитель управления по охране объектов культурного наследия Воронежской области Сергей Третьяков.

В правительстве отмечают, что интерес инвесторов к таким объектам в последние годы растёт. В Воронеже, например, в частные руки перешёл дом купцов Клочковых на Никитинской, а в Семилуках известный меценат Алексей Шкрапкин готовится превратить в культурно-туристический центр заброшенную дачу Башкирцева. В Воронеже дом Харина на улице 9 Января уже превратился в частную школу.

Легко ли даются такие метаморфозы? Нет, это дорого и долго. Например, реконструкция дома Харина заняла четыре года и потребовала вложения 200 млн рублей. У инвесторов было немало сложностей с оформлением документов даже при полной включённости чиновников. Просто потому, что это не обычное здание, а объект культурного наследия. 

– Это не как обыкновенная стройка, где ты после того, как получил проект, дальше выполняешь строительные нормы и правила и строишь. Здесь практически на каждом шагу это объект поднадзорный, то есть ты выполнил этап работ – ты показал, у тебя его приняли. Ты выполнил какой-то этап, допустим, нужно вскрыть, приходят геологи, приходят археологи и что-то, может быть, находят. И у тебя опять сроки отодвигаются. То есть тут они не прогнозируемы. Вскрыли кровлю, посмотрели – балки надо менять. Как менять? Нужен новый проект, теперь на замену балок, – рассказал инвестор частной школы Дмитрий Тарасевич.

Ещё одна проблема – подрядчики. Нужны только лицензированные проектировщики и строители, и выбор невелик. Кроме того, исторические здания не всегда соответствуют современным требованиям – например, там нет больших пространств, а просто взять и перекроить их на свой вкус нельзя. Фасады, исторические лестницы, архитектурная отделка – то, что является предметом охраны, должно быть сохранено в точности. Зачем инвесторам такие сложности, если можно купить здание попроще или вообще построить новое?

– Главное преимущество в том, что это единственный в своём роде объект. Второго такого не существует. Это всегда узнаваемое здание. Для современного мира, когда десятки домов строятся одинаковые, из бетона, из одних и тех же материалов, подобный объект смотрится диковиной, это всегда привлекает внимание. Это повышает капитализацию бизнеса в таких зданиях и, что немаловажно, сохранение подобных объектов влияет на развитие территорий и на развитие социума как такового, – объяснил председатель Воронежского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Александр Никитин.

С этим согласен и Дмитрий Тарасевич. Он уверен: среда формирует сознание.

– Нам было очень важным, чтобы дети, когда они учатся, видели вокруг красивое. Важно, чтобы это было в твоём культурном коде. Потом, выйдя во взрослую жизнь, ты уже не потерпишь вокруг себя брошенные бумажки, – рассказал он.

Историческим домам окружающая среда не менее важна, чем людям. У здания, стоящего в центре Воронежа, естественно, больше шансов на обновление, чем у того, которое рассыпается на окраине райцентра.

– Поэтому хотелось бы, чтобы был продуман план, который позволит эти объекты сохранить, спасти, продлить им срок жизни до лучших времён. Я говорю про противоаварийные работы экстренные, срочные, которые, возможно, уже сейчас требуются, и про консервацию, долговременную консервацию, чтобы здание осталось крепким еще несколько десятков лет, – говорит Александр Никитин.

В управлении по охране объектов культурного наследия тоже настраиваются на долгую работу. Список из 29 объектов – это только начало, те здания, на которые готов полный пакет документов и которые можно передать инвестору хоть завтра.