28 °C
73.5   $ 66.26

«Бил, но жили хорошо». Почему воронежская сельчанка корит себя за сожжение мужа

История повседневного домашнего насилия, вылившегося в жестокое убийство.

Оксана Грибкова 9618
«Бил, но жили хорошо». Почему воронежская сельчанка корит себя за сожжение мужа

Из-за швабры, которой любимый человек надавил ей на горло, Лена почти потеряла сознание. Потом сожитель пустил в ход кулаки – бил под дых так, чтобы было больнее. Она вырвалась и выбежала во двор. Отдышавшись, Лена сильно разозлилась. Гнев появился не из-за побоев, к которым она привыкла, а из-за того, что мужчина собрался её бросить и выгонял из дома.

Женщина кинулась в гараж, схватила бутылку с бензином, которым заправляли косилку. Забежала в дом и облила горючим мужа, который лежал на диване. Лена не помнит, откуда в руках оказались спички. Но помнит, как кинула в него уже зажжённую спичку, и клубы чёрного дыма от его одежды, кожи, дивана. Помнит, как он загорелся и кричал. 

Мать троих детей Елену Шумейко из острогожского села Петренково судят за убийство с особой жестокостью. Она рассказала о своей жизни, давая показания о том ужасном дне. Эта история о домашнем насилии, настолько страшном в своей обыденности, что сама женщина до сих пор не понимает – она не только убийца, но и жертва.

Жизнь под откос

Сельчанка Елена Шумейко считает, что до убийства гражданского супруга жила хорошо. Всё пошло наперекосяк после её страшного поступка, который 37-летняя женщина называет «дебильным». Она признаётся, что правильным было бы покончить с собой, но «она бессовестная и спряталась в СИЗО».  

Елена выросла в многодетной сельской семье, у неё есть две сестры. После школы поступила в педагогический колледж, но через три года его бросила, потому что «надоело учиться». Вышла замуж, родила в 2002 году сына, но брак быстро распался. Она поселилась с сыном в доме, который купили родители. Но после переехала у ним, чтобы сын мог учиться. Потом был ещё один брак, родились две дочери. Во время дачи показаний Елена призналась, что один из её мужей, который воевал в Афганистане, имел привычку её душить.

В 2010 году Шумейко поймали на краже и осудили условно, но после этого она снова украла. Поэтому женщину в 2011 году отправили в колонию на 3,5 года. Пока Елена отбывала срок в Чувашии, её лишили родительских прав. Сына и дочь взяли под опеку её родители, ещё одну дочь забрала на воспитание родная тётя.

Пил и бил слабых

Елена Шумейко вышла на свободу в мае 2014 года и вскоре стала жить с односельчанином Дмитрием Ожиредовым. Он тогда не злоупотреблял спиртным и показал себя с самой положительной стороны. Но потом мужчина вновь потянулся к рюмке.

– Бери не одну, а две бутылки водки, – будем вместе пить, – так Елена говорила сожителю, она объясняет суду. – Если бы я не пила, то было бы для всех хуже. Он постоянно ревновал, и бил меня часто. Но в больницу я не обращалась. В 2015 году хотел зарезать и кидался с ножом. В 2016 году бил меня по голове обухом топора. Мне пришлось тогда обратиться к врачам, раны зашивали. Но вообще мы жили хорошо, дружно. Всегда ходили вместе, он был хороший и добрый человек.

Правда, тут же Шумейко вспомнила, как Дмитрий кидался с ножом на свою мать, в пьяной злобе бил коз и гусей. Мужчина обижал тех, кто слабее. Но потом женщина спохватилась – о покойниках либо хорошо, либо ничего. За месяц до страшного события Елена хотела уйти от гражданского мужа. Она застала его со своей подругой, не хотела прощать измену, собрала вещи и ушла к родителям. От разрыва отговорила сестра: «Все привыкли, что вы вместе, и как вы будете друг без друга?» Елена и сама боялась начинать жизнь заново, поэтому вернулась. О чём сейчас горько сожалеет. 

Женщина говорит, что всегда была трудолюбивой, бралась за любую подсобную работу. Жила на то, что она помогала мужу делать смотровые ямы для машин, они вместе пасли сельское стало коров.

Злоба и страх

Елена Шумейко до сих пор не может понять, почему в тот день, 29 мая 2018 года, Дмитрий стал молча душить и бить её, стоило появиться на пороге.

– Его мать была против того, чтобы мы были вместе. А он был ведомый, и слушал её, поэтому и захотел расстаться. Он и тогда вернулся от матери и был ещё недопитый. Знаете, человек, когда недопитый – у него такая есть…я сама выпивала, знаю, что это такое. Знаете, такая агрессия. Вот она, я не знаю, как это назвать. Если напитый человек – он падает и спать, понимаете. А это – недопитый человек, – объяснила гособвинителю Елена Шумейко.

Алкоголь сыграл и с ней злую шутку. Вместо того, чтобы уйти, Елена выплеснула свою злобу самым страшным образом. Сейчас Шумейко уверяет, что не хотела убивать Дмитрия. Когда взяла бензин из гаража, собиралась только попугать.

– Я не знаю, что на меня нашло. Не знаю, откуда спички взялись – были дома только пустые коробки. Но откуда-то взялась она у меня в руке. Я не отрицаю, что подожгла его. Помню, как кидаю горящую спичку, – призналась Шумейко.

Когда мужчина загорелся и по дому стал валить чёрный дым, она побежала к соседям, которые могли вызвать скорую и пожарных. В Петренково не работает мобильная связь. Вернулась в дом, услышала, как Дмитрий зовёт её, побежала тушить его, вывела из дома. Скорая приехала быстро.

Почти месяц 40-летний Дмитрий Ожиредов провёл в больнице. Он сильно мучился и скончался 24 июня 2018 года, несмотря на усилия врачей. Шансов выжить у мужчины практически не было из-за 56% глубоких ожогов кожи. При этом он говорил силовикам, что загорелся, когда курил в кровати.  

И преступница, и жертва

Елена Шумейко уверяет, что она написала явку с повинной ещё до того, как сожитель умер. Она навещала Дмитрия в больнице по его просьбе и слушала упрёки в том, что она наделала. Женщина уверена, что Дмитрий выгораживать её не собирался, потому что сразу же рассказал матери, что случилось на самом деле.

Именно тогда, когда Дмитрий оказался в больнице, Елена Шумейко впервые сняла побои. На освидетельствовании настоял участковый. В суде женщина рассказывала, что у неё была «синяя спина» и «отбита дыхалка». Она кивнула на тома дела – мол, там об этом есть. Но при этом Шумейко не считает, что это хоть сколько-нибудь её оправдывает. Побои стали для этой женщины чем-то неприятным, но вполне привычным. Для неё домашнее насилие норма жизни. Будь муж жив, всё потекло бы по обычному сценарию. Шумейко со слезами говорит, что ей «жалко его, и маму его жалко». Себя не жалко. Елена готова к суровому наказанию за убийство.

– Я раскаиваюсь. Знаю, что срок будет большой. Лучше бы мне не ходить по земле. Уйти в лес и всё сделать, как надо. Но я спряталась от людей в СИЗО и сижу. Я бессовестная, – объяснила суду Елена Шумейко. – Я не буду просить срок больше-меньше. Что заслужила, то и получу. Мне жалко родителей. Жалко детей, но ради того, чтобы сидеть меньше, впутывать их не буду.   

Ещё по теме

Читайте также