< >

«Не давали шанса». Воронежская девушка встала на ноги после комы и прогнозов о смерти мозга

Олесе Коноваловой нужна помощь в лечении и реабилитации.

«Не давали шанса». Воронежская девушка встала на ноги после комы и прогнозов о смерти мозга

Историю студентки из Бутурлиновки Олеси Коноваловой иначе как чудом не назовёшь. Девушку едва спасли после ДТП с КамАЗом, она умирала с десяток раз, больше месяца пробыла в коме и четыре – на искусственной вентиляции лёгких. Врачи откровенно говорили родителям о тяжелейшем повреждении головного мозга, давая понять, что их 17-летняя девочка в лучшем случае навсегда останется «овощем». Олесе не давали ни единого шанса на будущее, в неё верили только близкие.

Несмотря на страшные прогнозы, Людмила Коновалова с первых дней после выхода дочери из комы была уверена, что Олеся говорит с ней глазами. Потом дочка со «смертью мозга» показала, что помнит дни рождения родных, алфавит и даже таблицу Менделеева. В Петербургской клинике увидели прогресс в состоянии Олеси и смогли поднять её на ноги. Теперь у этой покалеченной девочки впереди настоящая борьба за нормальное будущее и полноценную жизнь – за возможность что-то делать пока недвижимыми руками, есть, улыбаться, нормально видеть. Семье же, которая осталась один на один со своей бедой, остаётся надеется лишь на помощь земляков, добрых и отзывчивых людей.

Верили только родные

Историю Олеси Коноваловой «Вести Воронеж» рассказали в феврале 2020 года, когда её мама пожаловалась на перевод дочки в тяжёлом состоянии из областной больницы в районную. Трагедия девушки стала поводом поговорить о лечении и восстановлении в Воронежской области тяжёлобольных людей с повреждениями мозга.

До аварии Олеся Коновалова училась в медицинском колледже Бутурлиновки. В сентябре 2019 года перешла на второй курс. Радость родителей, умница и красавица, спортсменка и художница. Всё оборвалось 28 октября 2019 года, когда Олеся попала в аварию с КамАЗом. Тяжелейшая черепно-мозговая травма, перелом костей лицевого скелета, потеря зубов, сильнейший ушиб груди – бронхов и лёгких, переломы обеих рук. Девочку едва спасли в Павловской ЦРБ. У неё несколько раз останавливалось сердце. Олесю перевезли в Воронеж. Врачи давали неутешительные прогнозы. Надежда появилась через 34 дня после ДТП, когда девочка открыла глаза.

– Сначала нам говорили, что Олеся идёт на контакт. Обещали, что будут лечить в областной больнице ещё два-три месяца. Но потом, 31 декабря, без нашего согласия перевезли ребёнка в Бутурлиновскую районную больницу на скорой с воспалением лёгких, в тяжеленном состоянии, – объясняла тогда Людмила Коновалова, мама Олеси. – Сказали, что мозг умер и нет никакого реабилитационного потенциала. Как можно вот так списать человека, молодую девочку? Пусть даже и мозг умер, но она-то живая.

В Бутурлиновской райбольнице Олесю «жгла» пневмония, она ещё четыре раза «выдавала» остановку сердца.

В отделении реанимации и интенсивной терапии для нейрохирургических больных (ОРИТ № 4) Воронежской областной больницы всего 12 коек, объяснял заведующий отделением Сергей Кузнецов корреспонденту «Вести Воронеж». Там лежат пациенты не только с нейротравмами, но и с инсультами, опухолями и аневризмами. Ресурсов держать больных месяцами и «становиться хосписом» попросту нет. Кузнецов объяснил тогда, что после выхода из комы у Олеси были проблески сознания, но «попытки минимального контакта ушли».

– Я объяснил родителям, что реабилитационный потенциал пациентки мы расцениваем как крайне низкий. Такого рода больные подлежат переводу в лечебное учреждение по месту жительства. Как будет развиваться состояние человека после травмы или инсульта, предсказать трудно. Мозг у всех работает по-разному. Бывают совершенно необъяснимые, даже чудесные случаи. Я никогда не говорю «никогда». Да, в случае с Олесей пострадала большая часть коры головного мозга, но вполне может наступить состояние, которое позволит её реабилитировать. Нужно достигнуть контроля над инфекционными осложнениями. Когда вернём её к самостоятельному дыханию, будем снова определять реабилитационный потенциал, – пообещал Кузнецов.

Родные девушки добились её перевода в больницу Боброва, где её сняли с аппарата искусственной вентиляции лёгких. Сначала доктора были настроены также пессимистично, пока Олеся не стала реагировать на команды. Вскоре после этого врачи Воронежского центра медицины катастроф перевезли пациентку в многопрофильный центр Санкт-Петербургского государственного педиатрического медицинского университета.

– Я приехала к Олесе немного позже. Она сразу узнала меня – резко поднялся пульс. Каждую неделю было что-то новое. Несмотря на повышенную температуру, истощение, её стали сажать, делать массаж, проводить занятия. Помню, дочке поставили её любимую группу Rammstein. Я захожу в бокс, играет музыка, а Олеся словно пританцовывает правой ногой. Я не смогла сдержать слёз, – рассказывает Людмила Коновалова. – Потом стали заниматься с ней по детским книгам. По кивкам стало понятно, что дочка узнаёт животных. Когда я называла даты, Олеся смогла показать, что помнит, когда у кого в семье день рождения. Потом она смогла шевелить одним пальцем левой руки и, я увидела, что дочка помнит все буквы алфавита. Не забыла она и химические элементы таблицы Менделеева.

Врачи смотрели на выход девочки из бессознательного состояния как на диковинное явление. Потихоньку с помощью специального кресла с вертикализатором её научили стоять и даже немного ходить с поддержкой, несмотря на тяжёлое повреждение левой ноги. Доктора сказали матери, что у большинства пациентов на такой прогресс уходят не недели, а годы. Олеся же движется «семимильными шагами», показывая сохранный интеллект.

Когда вся жизнь – борьба

Домой мама с дочкой вернулись через три месяца. Сейчас Олеся может немного ходить с поддержкой, пытается говорить, может переписываться большим пальцем левой руки, пытается держать ложку. Из-за аварии у девушки серьёзно повреждены обе руки, особенно пострадала правая, где ампутировали мизинец. Врачи говорят, что руки смогут нормально действовать только после нескольких операций. По примерным подсчётам, исправить только правую руку в клинике Петербурга будет стоить порядка полумиллиона рублей.

У Олеси были сломаны обе челюсти. Сейчас для нормальной жизни требуется нарастить одну из них, вставить импланты и коронки на место выбитых зубов. Всё это стоит примерно столько же, сколько спасение одной из рук. Всё это и дорогие препараты могут помочь восстановлению речи, которая сейчас невнятная, для улучшения работы мозга.

Олесе также необходимая операция на глаз, который почти не видит, а в будущем и пластика лица. Всё это также очень дорого. У семьи нет таких ресурсов. Но затягивать на годы спасение рук в ожидании квот тоже нельзя. Растёт контрактура – стягивание суставов, атрофия мышц. Вся надежда у Коноваловых на отзывчивость земляков, добрых людей. Зимой некоторые из них поверили в Олесю и помогли собрать средства на её лечение.

Сейчас Коноваловы снова просят о финансовой помощи. Реквизиты банковской карты (Сбербанк) мамы Олеси: номер карты 63900213 9065876814, также переводы можно сделать по номеру телефона +7 (908) 149-71-06, Коновалова Людмила Петровна. Семья готова предоставить все медицинские документы о состоянии Олеси Коноваловой и отчёты о расходах на лечение.

Ещё по теме

Читайте также