вторник, 13 ноября
-12

За слёзы сына. Почему женщина из воронежского села убила 6-летнюю девочку 13 лет назад

Оксана Грибкова 109591
За слёзы сына. Почему женщина из воронежского села убила 6-летнюю девочку 13 лет назад

Четыре тайны громкого преступления, которые стали явными.

Воронежский облсуд в понедельник, 22 октября, приступил к рассмотрению дела об убийстве 6-летней девочки. На скамье подсудимых оказалась её 35-летняя односельчанка Татьяна Русина, жительница села Михайловка Кантемировского района. Малышка погибла 13 лет назад, в 2005 году. Если бы девочка осталась жива, сейчас ей было бы почти 20 лет.

Мама убитой Елена Никитченко рассказала, как искали её девочку 13 лет назад, как она жила все эти годы в одном селе с Русиной. Как та после возобновления расследования в 2018 году пришла угрожать Елене и её детям. За что взрослая женщина лишила жизни малышку, и почему возмездие за преступление настигло сельчанку спустя 13 лет, в материале «Вести Воронеж».

 Страхи двух женщин

Когда маленькую женщину в наручниках завели в зал суда, она заплакала. Все подумали – от раскаяния и чувства вины, оказалось – из жалости к себе. Татьяна Русина объявила себя невиновной и попросила суд освободить её.

По другую сторону решётки едва сдерживала слёзы другая маленькая женщина, мама Любы, которая навсегда осталась 6 лет. Елена Никитченко не надеялась, что когда-нибудь узнает, как и кто убил её дочь. Теперь же уверена – никто кроме Татьяны Русиной сделать это не мог, больше некому было это сделать.

Её задержали не в мае 2005 года, когда исчезла Люба, и даже не три месяца  спустя– в августе, когда нашли останки девочки. Тогда под следствие попал невиновный человек. Русина оказалась под подозрением в убийстве беспомощного ребёнка в марте 2018 года. Её отправили на психолого-психиатрическую экспертизу, откуда она поначалу вернулась в село, будучи под подпиской о невыезде.

– Русина вернулась из больницы и сразу же пришла к моему дому. Стала угрожать, обвинять в том, что её задержали. Я же её раньше никогда не обвиняла в смерти моей девочки. Я не знала, что это она. За защитой я позвонила следователю, и вскоре после этого её задержали. Вот она теперь сидит два-три месяца, – рассказала Елена Никитченко и поделилась страхами. – Я не за себя боюсь, за детей. Что она им что-то сделает или дом подожжёт – к примеру, когда они одни.

Тайна исчезновения

Во время допроса Елена Никитченко вспомнила, как исчезла её дочка 6 мая 2005 года. В последний раз мама видела Любу на огороде, откуда девочка попросилась пойти домой. Дочки дома не было, когда Елена пошла доить коров на работу. Когда вернулась, Любы снова дома не оказалось. Мать пошла к соседке, к которой часто ходила Люба. В деревне, где все друг друга знают, ничего необычного не было в том, что ребёнок гуляет без присмотра и ходит в гости к соседям.

– Скажи маме, что я пойду к Тане. Она меня звала жарить шашлыки, – вспомнила односельчанка слова Любы, которая видела, как та шла по направлению к дому Русиных.

Ничего странного в этом не увидели. Люба ходила часто к Русиным играть с сыном Татьяны, которому в мае 2005 года было 3 года.

– Нет, мы с ней никуда не дошли. Я её отпустила, и она пошла к бабушке и дедушке, – объяснила Татьяна.

Бабушка и дедушка сказали, что Люба к ним не заходила. На часах было около восьми вечера, а девочка так и не вернулась домой. Все родные бросились на её поиски – искали у односельчан, на огороде, в яблоневом саду, у пруда. Но нигде Любы не было. Утром Елена поехала в Кантемировку, где заявила об исчезновении ребёнка. В следующие дни к поискам подключились правоохранители и односельчане. Никаких следов малышки нигде не было. Она словно сквозь землю провалилась.

Через два дня Татьяна Русина принесла записку, рассказала, что дал её какой-то мужчина.

– Не ищите её в селе. Мы наркоманы. Хотели выкуп, но нам пришлось её убить, – вспомнила Елена содержание записки. – Потом было ещё две записки. И все они как-то оказывались у Русиных. Почему их не подбрасывали к нашему дому, если хотели выкуп, и дело касалось нашей девочки?

Со слов Русиной, которая описала внешность мужчины, составили фоторобот. Но никого хоть немного похожего на рисунок найти так и не удалось.

Тайна оговора

После активных поисков наступило затишье. События стали развиваться в августе 2005 года, когда Татьяна Русина принесла туфельки пропавшей Любы. Сказала, что заметила их в лесопосадке на окраине села Михайловка. Находка дала новый импульс для поисков. Неподалёку от места, где обнаружили туфли, наткнулись на останки.

– Я опознала туфли, а потом, когда нашли останки, недогоревшие колготки, обрывок платья и водолазки. В такой одежде была моя девочка в день исчезновения, – вспомнила Елена.

Через несколько недель тракторист, распахивая поле рядом с Михайловкой наткнулся на череп ребёнка. Ничего подобного в селе ни до, ни после гибели Любы, не происходила, рассказала Елена.

Лесопосадка, где нашли останки Любы, оказалась напротив дома Русиных. Татьяна Русина оговорила своего родного брата – одного из трёх. Заявила, что давно подозревала его в убийстве девочки, но молчала из-за угроз, вспомнила Елена Никитченко. Русина дала показания, что видела неподалёку от места, где нашли кости девочки, человека с мешком, похожего на младшего брата.

– В ту ночь, когда все искали девочку, брат приходил – просил лопату. От него пахло керосином. У меня из сарая пропал керосин, – заявила тогда Татьяна силовикам.

После таких показаний Татьяны мужчину задержали и обвинили в убийстве ребёнка. Следствие длилось год, но вскоре после начала суда в сентябре 2006 года её брата оправдали и отпустили.

– Я не верила, что мою девочку убил брат Русиной. Он человек мягкий и бесхребетный, не то, что она. Знаю Русину с детства, она всегда была жестокой и агрессивной. Был случай, как она однажды оторвала лапу щенку, – объяснила Елена Никитченко. – Все три записки как будто от похитителей приносила она, туфли она отдала и брата оговорила тоже.

В последней записке, которую Никитченко передала мать Русиной, якобы похитители писали: «Девочка жива. Она в хороших руках. Мы её привозили, она тебя видела». К тому времени останки Любы уже год как похоронили. Записка была нужна, чтобы после выхода из СИЗО брата Русиной, перестали искать убийцу.

К концу 2006 года дело об убийстве ребёнка оказалось в архиве на долгих 13 лет.

Тайна следствия

 Весной 2018 года расследование по делу об убийстве 6-летней девочки возобновилось.                              

– Сотрудники СК совместно с полицейскими по крупинкам восстанавливали события 13-летней давности, допрашивая жителей села. В ходе проведения совместных мероприятий у правоохранителей появились сведения о возможной причастности к данному преступлению 35-летней жительницы Кантемировского района. Она была приглашена в следственный отдел для проведения следственных действий и под тяжестью собранных доказательств, обвиняемая рассказала о преступлении, совершенном ею 13 лет назад, – рассказал корреспонденту «Вести Воронеж» Андрей Шевелёв, руководитель первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СКР по региону. – Свои показания местная жительница подтвердила при проведении проверки показаний на месте. Указанным в допросах сведениям дана оценка с точки зрения достоверности, а также взаимосвязи с иными доказательствами, собранными по уголовному делу, которые нашли свое объективное подтверждение. Вескими доказательствами в том числе стали результаты почерковедческой экспертизы, которая установила, что записки от якобы убийц девочки были написаны её рукой.

По словам Елены Никитченко, расследования возобновилось, так как в селе снова пошли разговоры об убийстве её дочери. О том, что девочка могла погибнуть от рук Татьяны Русиной, рассказал знакомым её 16-летний сын. Вероятно, юноша в детстве слышал, как те события обсуждали в семье.

Потерпевшая объяснила, что Русина долгое время лежала в психиатрической больнице, её проверяли на вменяемость.

–  Врачи написали, что у неё легкая умственная отсталость, но она всё понимала, что делает. Она не психически больная, и судить её можно, – рассказала Никитченко.

Тайна убийства

Что же случилось между взрослой женщиной и 6-летней девочкой 6 мая 2005 года? Почему оборвалась жизнь ребёнка? В тот Люба как обычно играла с маленьким сыном соседки у их дома. Как установили следователи СКР, дети поссорились, мальчик заплакал. Его мать вышла на плач узнать, что стряслось. Узнала, что девочка ударила сына, увидела, что у него из носа идёт кровь.   

Это сильно разозлило Татьяну Русину. Она схватила нож и ударила им девочку в спину. От ранения сердца и кровопотери та почти сразу скончалась, огласил обвинение прокурор облпрокуратуры Александр Харьков в суде. После этого Русина отнесла тело ребёнка в лесопосадку – в место, расположенное в 370 метрах от её дома, и подожгла.

Семью Татьяны Русиной сложно назвать благополучной. Мать и отец выпивали, по тому же пути пошли трое сыновей и дочь. Всю жизнь Никитченко жила бок о бок с Русиной, до недавнего времени даже работала с ней на одном предприятии. Знает, что старшего сына женщины забрали на воспитание родители его отца. Младшему сыну сейчас 6 лет. Мальчик всё время ходил в синяках, рассказывал односельчанам, что мать поит таблетками, «чтобы спал», что бьёт его. Говорил, что боится маму. В конце концов, Русину из-за жестокого обращения с ребёнком лишили родительских прав, а мальчика забрали в интернат.

В суде Елена Никитченко рассказала о том, как сложилась её жизнь после гибели Любы - говорила коротко, почти без эмоций. Вышла замуж, работает, воспитывает двух дочерей – им 9 и 12 лет. Первую дочку, которую она потеряла, ей до сих пор трудно называть по имени. «Моя девочка», «девочка», – сдерживая слёзы, говорила мама в суде о своей Любе.

Фото - Дарья Крымова 

Ещё по теме