< >

Мамы замечательных людей. Четыре тёплых истории к 8 Марта от известных воронежцев

Рассказы нейрохирурга, скульптора, телеведущей и боксёра о главном человеке в судьбе.

Мамы замечательных людей. Четыре тёплых истории к 8 Марта от известных воронежцев

У успеха лицо матери, которое никто не видит кроме её ребёнка. Добившиеся больших высот люди, во многом обязаны своим матерям за то, кем они стали. Традиционно 8 Марта называют «маминым днём». К празднику «Вести Воронеж» решили исправить ситуацию и показать мам известных в Воронеже людей.

Мы подготовили их тёплые и искренние монологи о своих мамах. В тексте всего четыре истории. Предполагалось, что их будет больше. Но ещё восемь возможных героев, известных в Воронеже людей, по разным причинам отказались от участия в опросе. Для кого-то из них личная жизнь – табу. У кого-то мамы не стало, и от этого до сих пор больно.

Валерия Ланецкая, глава нейрохирургии

Заведующая отделением нейрохирургии Воронежской областной больницы, почётный гражданин Воронежа. Единственная женщина в России, которой удалось занять такой высокий пост в нейрохирургии. За 54 года в профессии она спасла сотни жизней. Ланецкая руководит ключевым подразделением облбольницы 30 лет, с 1990 года. Признаётся, что смогла добиться успехов в профессии во многом благодаря маме.

Мама работала зоотехником, вставала в четыре утра и возвращалась домой в десять вечера. Работа была для неё служением. Заниматься детьми не было ни сил, ни времени. Дом был полностью на нас – уборка, стирка, заботы о себе. Единственное, бабушка готовила нам поесть. Можно сказать, мама воспитывала нас личным примером.

Я росла как травинка в поле. Мама пришла в школу лишь однажды – в 10 классе поговорить с учителем физики. Он сказал: «А что вы хотите? Она бывает на занятиях между заседаниями райкома и горкома комсомола». Я была секретарём комсомольской организации школы. Медаль не получила из-за того, что тратила большое количество времени на общественную работу.

Мама очень не хотела, чтобы я шла в медицину. Понимала, насколько это тяжело. Как-то сказала: «Можешь вообще никуда не поступать – поумнеешь и решишь, какую профессию выбрать». Я стала сдавать экзамены в мединститут. Получила первую пятёрку. Она говорит: «Не радуйся, на следующем экзамене провалишься». Потом вторая пятёрка, третья. После четвёртого экзамена выхожу из института, а там мама во дворе. Я очень удивилась. Оказалось, она переживала, что теперь уже обидно будет плохо сдать. 

У нас не было тёплых отношений мамы с дочкой, в ней жила суровость того поколения. Но я всегда чувствовала необыкновенную любовь и заботу. Мою дочку воспитала мама. Маринка родилась на 4 курсе, а уже на 5 курсе я стала ходить на дежурства по хирургии. Благодаря маме, у меня не было в жизни тяжёлой женской доли. Готовка, стирка, глажение – мама всё взяла на себя. Я смогла посвятить себя работе, что позволило мне состояться в профессии. Я приходила после тяжеленых операций. Хватало сил, чтобы упасть в кресло и заснуть. Мама приносила мне бульон, покушать.

Моя профессия позволила помочь маме, у которой были проблем со здоровьем, пожить подольше. Она умерла в 1994 году, в 86 лет.

Помню, как мама звонит и говорит: «Мне плохо». Я сажусь в запорожец, беру набор скорой помощи и как пуля лечу домой. Прокапала, сняла мерцательную аритмию. Поехала обратно на работу. Возвращаюсь домой, а мама блинчики готовит. Я говорю: «Мама, что ты делаешь! Мне легче всё самой, чем вытаскивать тебя каждый раз – то ли вытащу, то ли нет». А она мне говорит в ответ: «Если я не могу помогать, зачем же мне жить».

Максим Дикунов, скульптор

Вырос в семье выдающихся воронежских скульпторов Ивана Дикунова и Эльзы Пак, все трое детей которых пошли по стопам родителей. Сыновья Максим и Алексей стали скульпторами, дочь Наталья – художником. Большинство памятников в Воронеже сотворила семья Дикуновых-Пак. Воронежцам и гостям города хорошо известны их работы – Котёнок с улицы Лизюкова, Белый Бим и оформление скульптурами из сказок пространства у Кукольного театра, скульптуры Пушкина, Платонова, Высоцкого, Маршака, Веневитинова, святителя Митрофания в окружении ангелов.  

Воспитывай – не воспитывай ребёнка, он всё равно вырастет похожим на родителей. Всё наше детство прошло в мастерской. Никто нам не говорил, как и что надо делать. Не было никогда жёсткого отношения, навязывания чего-то – как есть, так и есть. Всё происходило естественно и гармонично. И другого варианта выбора профессии не было.

Мама очень энергичный человек, ей всё удаётся совмещать. В течение дня она делает невероятное количество движений и все они попадают в точку. При этом хаоса нет, как, кажется, и нет плана на день. Она успевает и поработать, и обед приготовить, и поучаствовать в делах православного братства, и сериал посмотреть. Везде очень активна. А ещё она очень добрая, всегда вкусно накормит.

Мне сложно вспомнить какой-то отдельный особенный эпизод о маме из детства или взрослой жизни. Моя мама всё время рядом – как воздух, которым я дышу.

Есть корейская традиция – старший сын живёт с родителями. И у нас так сложилось. У нас общий дом, общая пища, одна мастерская на всех. Все горести и радости мы делим вместе. Жизнь и работа как-то переплетаются, и никого это не напрягает.

Характер у нас у всех есть, но живём дружно. Если случаются разногласия, то по мелочам. Что касается творчества, есть принцип – в чужую работу лезть нельзя. Свобода творчества неприкосновенна, это профессиональная этика. Нельзя даже маленький кусочек глины прилепить. Мама или отец могут что-то посоветовать, сказать – я считаю, что вот так лучше, или я вижу такую ошибку. Но переделать или нет, решает только автор.   

Я знаю, что родители готовы отдать нам всё, что у них есть. Нам же, детям и внукам, важно, что они давно и плодотворно вместе. Такое бывает редко, а их союз определяет и наши жизни. У мамы сейчас семь внуков. Она дарит им подарки, вкусно кормит, но нет никакой навязчивой удушающей любви. Никто никого не балует. У нас все балуются сами.

Евгения Воскобойникова, менеджер по стратегическим партнёрствам Google

В начале 2000-х известная воронежская модель. На пике карьеры после аварии в 2006 году оказалась в инвалидном кресле, смогла это принять, научилась жить заново и начала бороться за права инвалидов. За эти 14 лет Евгения стала телеведущей на федеральном канале «Дождь» и пошла строить карьеру дальше, родила дочь, написала книгу о переломе позвоночника «На моём месте». Этот путь ей помогла пройти семья и главное – мама, которая смогла, пожертвовав всем, стать опорой для попавшей в беду дочки. Она словно во второй раз растила беспомощного младенца, но потом вовремя снова отпустила в большой мир.

Благодаря родителям у нас с братом было чудесное детство. Сейчас мне столько лет, сколько тогда было маме, и я понимаю, как тяжело это далось. Чтобы у нас была еда, книжки, игрушки, мама в 90-е ушла из НИИ, где работала инженером, в торговлю. Больше заработать тогда было негде. Маме ради нас пришлось отказаться от любимой профессии, поменять мировоззрение, круг общения.

Я всегда могла отстоять свою позицию. Всю ответственность за свои решения и поступки брала на себя. Мама могла дать совет – но ничего не запрещала. Работа моделью стала моим осознанным выбором, но мама позволила его сделать. Если бы не разрешила, я бы не стала. Я благодарна, что мне дали возможность получить этот опыт. У меня не было понимания, насколько родители могли остро воспринимать мой выбор. Ведь тогда считалось, что между модельным бизнесом и чем-то провокационным очень тонкая грань.

Я должна была хорошо учиться в школе, поступить в вуз и получить профессию – это даже не обсуждалось. Когда я смогла в модельном бизнесе зарабатывать на свои расходы, оплачивать учёбу, в семье это считалось как само собой разумеющееся.

Когда случилась авария, мама много чем пожертвовала – работой, здоровьем, личной жизнью. Она полностью выключилась из своей жизни и переключилась на уход за мной. По факту я не могла ничего делать самостоятельно, постоянно требовалась помощь. На тот момент мне казалось, что так должно быть в любой семье, где случилась трагедия. Но выяснилось, что бывает и по-другому. Не все родители в подобных ситуациях могут отказаться от своей жизни. Нас же беда сплотила, мы стали единым целым.

Мама меня поддерживала, говорила: «Ты со всем справишься, все переживёшь. Самое главное не терять самообладания и двигаться маленькими шагами к своим целям». Цель всё время менялась, и так удалось прийти к тому, что есть сейчас.

Стать снова самостоятельной, ездить одной на лечение и реабилитацию было моим решением. Сложно, но я должна была приспособиться и адаптироваться к новым условиям. Мама сильно переживала, как я буду сама. Но смогла отпустить. Оставить человека, который кажется беспомощным, очень сложно. Вот это рассоединение с мамой во второй раз во взрослом возрасте происходило намного более эмоциональнее, чем в детстве, но мы справились. Это пошло на пользу.

В Москву мы переезжали вместе. Мама обеспечивала быт, чтобы я смогла полноценно работать. Я и сейчас работаю с утра до вечера. Мама же занимается Марусей – отводит её в детсад, забирает, гуляет с ней, читает, развивает. Я вижу, что мама балует внучку больше, чем нас в детстве. Но она воспитала меня, научила – как не боятся и идти вперёд, как быть сильной. И я научу этому свою дочь.

Татьяна Зражевская, боксёр

Профессиональный боксёр, чемпионка мира по боксу по версии WBC. Никто до Татьяны Зражевской из воронежских спортсменов раньше не достигал таких высот в этом виде спорта. После выхода на профессиональный уровень большую часть времени тренируется и живёт в Воронеже, а также сама успевает тренировать детей.

Я третий ребёнок в семье. Мне досталось больше любви и опеки родителей, чем сёстрам. Мама всегда очень сильно за меня переживала. Они с папой были готовы отдать последнее ради меня. Наша семья переехала из Казахстана на родину отца в Воронеж в 1994 году. Мама у меня геофизик, а папа геолог. Здесь их профессии оказались не востребованы. Поэтому им пришлось поначалу браться за любую работу, чтобы прокормить семью.

Папа меня всегда водил по спортплощадкам. Помню, на одной из них я увидела велосипед – села и сразу поехала. Папа тут же, не раздумывая, потратил все сбережения на покупку велосипеда. В девять лет он отвёл меня в секцию кикбоксинга. Я пошла туда вместе с мальчишками, с которыми дружила. Их побили и они ушли, а я осталась.

Были моменты, когда никто не финансировал мои поездки на соревнования. Но чтобы идти к мечте, нужна практика боёв. На поездки два раза в месяц требовались серьёзные суммы, которые не всегда были в семейном бюджете. Хоть и было стыдно просить, но мама в те сложные три-четыре года иногда ходила по разным крупным организациям в Воронеже и искала спонсоров, чтобы я смогла поехать.

С 9 класса я была часто надолго оторвана от семьи, жила на сборах и соревнованиях – в поездках по два месяца, потом приезжала домой на неделю. Мама была против бокса. Она всегда хотела, чтобы я получила нормальную профессию. Мы обе очень упрямые. И я осталась в профессиональном спорте, но по настоянию мамы отучилась в вузе. Мне было важно доказать родителям, что спорт – не просто увлечение, а может приносить заработок. Это получилось, когда я смогла сама купить квартиру рядом с сестрой и родителями.

Я смогла убедить маму, что бокс – не самый травмоопасный вид спорта. Ведь я готова к тому, что меня будут бить. Разбитые носы и другие травмы случаются редко. Мама и папа мои бои не смотрят, потому что сильно переживают. Они ждут звонка или SMS от меня, чтобы узнать, как всё прошло. Они волнуются больше, чем я сама.

Мама хочет, чтобы у меня была нормальная семья – муж и дети. Я и сама этого хочу и обещаю, что всё обязательно будет. Но я не смогу себя простить, если остановлюсь в двух шагах от чего-то важного. Мама это понимает и не настаивает.

Мама у меня очень честный и справедливый человек, всегда готова помочь даже незнакомым людям. К примеру, она никогда не пройдёт мимо пьяных людей на улице – отводит их до дома. Что касается меня, то мама следит за моим питанием и формой больше меня. Может встать в пять утра, чтобы купить мне натуральный творог, курицу, готовит мне правильную еду. Я не противлюсь заботе – боюсь, её обидеть. Хотя сейчас сама стараюсь больше помогать родителям. Все праздники провожу дома. У нас такая семья – мы не умеем хвалить друг друга, стесняемся. Но я знаю, как сильно они мной гордятся в душе и в сердце.

Ещё по теме

Читайте также