14 °C
73.98   $ 66.78

«Сделала всё, что могла». В Воронеже прекратили дело врача, чей пациент умер от пневмоторакса

Больного лечили многие, но наказали ту, на чьих руках он умер.

Оксана Грибкова 9910
«Сделала всё, что могла». В Воронеже прекратили дело врача, чей пациент умер от пневмоторакса

Воронежский облсуд освободил от наказания анестезиолога-реаниматолога Ирину Костенко. До этого ей вынесли обвинительный приговор за смерть пациента.  У больного из-за травмы рёбер развился пневмоторакс, но мужчину можно было спасти. Согласно обвинению, врач не заметила, что из установленной хирургом дренажной трубки не выходил воздух, поэтому пациент умер.

В наказание районный суд приговорил 35-летнюю Ирину Костенко к 2 годам ограничения свободы и на 1,5 года лишил её права заниматься медицинской деятельностью. Но это наказание ей отбывать не надо, так как к моменту рассмотрения апелляционной жалобы после гибели пациента прошло два года – истёк срок давности.

Ирина Костенко уверяла, что боролась за жизнь человека до последнего. Просто сделать уже было ничего невозможно: её коллеги не лечили мужчину, который почти два дня лежал в стационаре. Как дело поворинского реаниматолога стало ещё одной иллюстрацией к печальному состоянию медицины в районных больницах, и чем оно завершилось, в тексте «Вести Воронеж».

Неверный диагноз, запущенная болезнь

События, которые легли в основу дела врача анестезиолога-реаниматолога Ирины Костенко, происходили в мае 2017 года. Как установил суд, больной поступил в терапевтическое отделение Поворинской районной больницы днём 21 мая 2017 года. Ему поставили диагноз «неуточнённая аллергическая реакция». У мужчины предполагали отёк Квинке, пока не обнаружили в ночь на 23 мая эмфизему. Так врачи называют скопление воздуха в подкожной клетчатке грудной стенки. Только через два дня пребывания в стационаре пациенту сделали рентген и увидели переломы 8 и 9 рёбер справа, из-за которого развился пневмоторакс.

Есть данные, что незадолго до того, как попасть в больницу, поворинец упал на железнодорожных путях. Именно после этого он почувствовал себя плохо, и состояние только ухудшалось. Пациент говорил врачам о своей бытовой травме и жаловался на боль в рёбрах. Однако никто не обратил внимания на слова больного, пока он не начал умирать.

Когда появился новый диагноз, врачи перевели пациента в хирургическое отделение, где доктор под местной анестезией поставил ему дренаж, чтобы из плевральной полости отходил скопившийся воздух. Пациента перевели в реанимацию, где 23 мая с 8 утра дежурила Ирина Костенко. Она должна была контролировать дренаж больного, следить, отходит ли из него воздух. Как позже установили судмедэксперты, дренаж не функционировал. Поэтому у пациента 23 мая к 17 часам развилось крайне тяжёлое состояние.

Реаниматолог Костенко инкубировала больного с помощью трубки, его подключили к аппарату искусственной вентиляции лёгких, вводили препараты для реанимации. Однако динамика была только отрицательная. Несмотря на все усилия, через два часа мужчина скончался.

Операция после вмешательства сына

Ситуация глазами самой Ирины Костенко выглядела совсем иначе. Об этом она рассказала, выступая во время апелляции с последним словом.

Врач пояснила, что она не знает, сколько мужчина после получения травмы был дома. Его уже доставили в больницу «с запущенной стадией болезни». К нему несколько раз приезжала скорая, но ни тогда, ни в терапевтическом отделении ему не поставили диагноз «подкожная эмфизема».  

–  В терапевтическом отделении его наблюдал терапевт, несколько раз смотрела заведующая. Никому не нравилось, как он выглядит. Но что-то делать стали только после того, как приехал сын и посмотрел на отца. К моменту поступления в реанимационное отделение он уже находился в терминальной стадии – между жизнью и смертью, – пояснила Ирина Костенко.

По словам реаниматолога, она делала всё, что было в её силах, чтобы спасти человеку жизнь. При этом хирург, который ставил дренаж, «посчитал нужным уйти от такого пациента». Коллега приходил в отделение реанимации, смотрел снимки пациента, назначал лечение. Однако ответственной за смерть больного оказалась Костенко.

– Все поступили неправильно, только отвечает одна Костенко, – сделала акцент в своём выступлении адвокат врача Елена Кузнецова.

По мнению защиты, контроль за дренажем, который был установлен другим специалистом, «ни в коем случае не относится к обязанностям реаниматолога». Контролировать выход воздуха в течение 3-4 суток должен был тот же врач, который провёл операцию. Нормативного обоснования того, что это вменяется в обязанности реаниматолога, абсолютно нет, пояснила Кузнецова.

По мнению защиты, районный суд допустил «грубейшие нарушения уголовно-процессуального закона». По словам Кузнецовой, отказываясь разбираться в обстоятельствах, суд сделал выводы, которые «не соответствуют реальным обстоятельствам дела», «нарушил презумпцию невиновности».

Ирина Костенко и её защита просили назначить повторную судмедэкспертизу, которая помогла бы лучше разобраться в обстоятельствах смерти пациента. Но суд в удовлетворении этого ходатайства отказал. Тогда врач и её адвокат попросили отменить приговор районного суда и оправдать реаниматолога.

Риск со сроком давности

Сын погибшего в больнице пациента не смог присутствовать на апелляции. Но в своём заявлении указал, что хотел бы оставить в силе приговор Поворинского районного суда. Прокурор Евгений Бутырин попросил суд о том же – не удовлетворять жалобу врача и её защиты.

Возражая защите врача, Бутырин акцентировал внимание суда на заключении экспертов, которые сделали выводы о причине смерти пациента и причастности к ней реаниматолога. На основании результатов судмедэкспертизы суд вынес обвинительный приговор.

– Патологоанатом указал, что дренаж был установлен неправильно. Воздух не отходил и скопился, поэтому человек и умер. Специалисты сделали выводы, что в том, что неправильно был установлен дренаж, виноват реаниматолог. Да, его ставил хирург, но сразу определить правильность его установки невозможно – воздух сначала выходит, а потом может перестать. Необходимо постоянное наблюдение, – отметил Евгений Бутырин. – Мы видим халатное отношение реаниматолога. Она не определила, что дренаж установлен неправильно, сделала неверные записи в медицинских документах.  

Завершая своё выступление, Бутырин напомнил, что «с момента совершения преступления прошло больше 2 лет». Ирину Костенко обвинили по статье, которая относится к преступлениям небольшой тяжести.  

– Несмотря на то, что был вынесен обвинительный приговор, в настоящее время он не вступил в законную силу. Поэтому Костенко не является судимой. Мы должны, хотим этого или нет, прекратить её уголовное преследование в связи с истечением срока давности, чтобы соблюсти закон, – сказал Евгений Бутырин.

Рассмотрев жалобу и выслушав доводы сторон, облсуд отказался оправдать Ирину Костенко. Как и просил прокурор, её освободили от назначенного наказания. То есть нет больше 1,5-годового запрета на медицинскую деятельность, при желании Костенко сможет работать. Однако адвокат реаниматолога рассказала, что она больше не рискнёт вернуться в профессию. Из-за потока уголовных дел против врачей всё больше медиков опасаются брать на себя ответственность за спасение человеческих жизней.

«Вести-Воронеж» знают, как вам удобнее получать новости.

Наши официальные аккаунты в социальных сетях: Facebook, ВКонтакте, Одноклассники, Instagram, Telegram, Twitter.

Читайте также